Секрет самой известной русской колоды карт

Эту колоду карт можно по праву назвать классической не только потому, что ее видел и держал в руках практически каждый русский человек.

Игральные карты или даже карты для пасьянсов с изображением фигур гораздо ближе русскому человеку, чем вы могли бы подумать. Швейцарская, французская или немецкая колода, например, довольно сильно отличается внешне, и сейчас вы скорее встретите обычные рисованные карты. Но эта колода была практически в каждом доме.

Привычные глазу короли, дамы и валеты — это люди, которые существовали на самом деле! Мало того, они действительно были королями и дамами.

На самом деле на картах запечатлены члены царской семьи, которые однажды собрались на костюмированный бал-маскарад. Это был один из последних роскошных балов — вскоре империя пала под натиском революции, однако память о торжестве сохранилась вот таким чудесным образом!

Императорский бал состоялся в 1903 году в Петербурге, а дресс-кодом стала эпоха XVII века. Знатные особы нарядились в роскошные стилизованные костюмы, а фотографы всё это запечатлели. Карточные изображения точно повторяют образы гостей.

Следует отметить, что гостей собралось 390 человек и все они были наряжены в стиле придворных всех мастей, бояр и боярынь, стрельцов и горожанок, воевод и крестьянок допетровской Руси. Эскизы костюмов разработал художник Сергей Соломко, а сшили их лучшие портные Российской империи.

Самое интересное, что колоду карт «Русский стиль» отпечатали и выпустили к 300-летию дома Романовых на Александровской мануфактуре. После революции ее закрыли, а чуть позже фабрика снова возобновила работу и продолжила выпускать карты по дореволюционным эскизам. Позже колоду для офсетной печати адаптировал советский художник Юрий Иванов.

Удивительно, что именно эта колода стала в бывшем СССР самой популярной — никакие другие не смогли с ней конкурировать, хотя были и антирелигиозные, антифашистские и многие другие. Кроме прочего, оказывается, все мы знаем, что собою являет «Русский стиль».

Карточные масти. Версии происхождения

Как таковой, «официальной» версии происхождения карточных мастей не существует. Есть несколько гипотез.

Согласно одной из них, карты изобрели китайцы. Согласно другой, египетские жрецы нарисовали 78 табличек, — карт Таро. На 56 табличках (так называемые «Младшие Арканы») были нарисованы современные карты (где ещё четыре достоинства?! прим.вред.) и ещё 22 таблички («Старшие Арканы») составляли карты Таро. Гипотезу озвучил в 1785 г. оккультист из Франции Эттейла, а продолжили её продвигать англиканцы Кроули и Мэзерс, француцы Леви и доктор магии Папюс.

Согласно ещё одной, у Карла 6-го (больного шизофренией) был шут Жак Грингонер, который в 1392-м году развлекал короля колодой из 32-х карт: без дам.

Ещё одна гипотеза гласит, что в индии на картах многорукий Шива, в своих руках держал жезл, кубок, монету и меч. Точно также рисовались масти и в итальянских карточных колодах.

У германцев до сих пор масти называются копья, цветы, квадраты и сердца. Ещё встречаются листья, жёлуди, колокола и сердца.

Черва, бубна, креста и пика. По-английски черви — hearts, сердца. Бубны diamonds, диаманты. Трефы (кресты) — clubs, клубни. Пики так и будут - spades.

Обратим внимание на кресты православных церквей:

На старых крестах, не новоделах, сделанных до революции 1917-го года, в оформлении орнамента присутствуют и чётко выделяются карточные масти.

Один из вариантов смыслового прочтения - согласно принципу вложенности. «Окончание» луча на кресте выполнено в стиле червовой либо пиковой масти. На каждом луче одного креста, может располагаться более мелкий «крестик» из какой-нибудь из этих двух мастей. И этот мелкий «крестик» сливается в масть бубен (см. рисунок).

Издалека весь узор креста сливается собственно в крестовую масть.

Исходя из такого расположения элементов креста можно сделать вывод, что чёрный (пика) и/или червоный (черва) элементы являются составными частями более крупного червоного элемента (бубен), который, в свою очередь, является составным элементом более крупного чёрного ансамбля — треф, собственно креста.

Некоторые исследователи, например, Алексей Кунгуров, утверждают, что, на самом деле, масти символизируют миры в древних ведических верованиях бытовавших на Руси и доживших в таком виде до наших времён. Это миры яви, нави, слави и прави. По мнению исследователя, явь — это пик, славь — бубен, навь — треф, правь — черви. Мир яви — это наш явный мир. Миры нави и слави — тёмный и светлый потусторонние миры. И, наконец, мир прави — высший божественный мир.

• 31384 просмотра

Материалы по теме

А вот ещё:

Что такое "Эзопов язык"?

Об Эзопе, давно покинувшем или вовсе никогда не посещавшем этот мир, в ближайшее время забыть не удастся. И дело вовсе не в том, что его литературное наследие переживает какой-то новый виток популярности – да и авторство Эзопа, если говорить о приписываемых ему баснях, обычно находится под вопросом.

Но с легкой руки одного классика русской литературы именно этого античного автора вспоминают в тех случаях, когда хотят быть понятыми не всеми, но избранными.

Кто придумал эзопов язык и на каком говорил сам баснописец

Выражение «эзопов язык» в разные эпохи имело неодинаковые смысловые оттенки, но, пожалуй, нынешнее значение термина как никогда близко к первоначальному. Авторство принадлежит Салтыкову-Щедрину, именно он в середине XIX века зафиксировал появление особого явления в русской литературе, когда для обхода цензуры и одновременно для общения со своим читателем поэты и прозаики переходили на язык аллегории и перифразы, зашифровывая фамилии, географические наименования, тасуя наименования государств и даже исторических эпох.

Осел в львиной шкуре. Иллюстрация А. Рэкхема к басне Эзопа, 1912 г.

Гений русских писателей сильно обогатил возможности эзопова языка – уже потом литературоведы будут обсуждать те слои, что скрывались в текстах Некрасова, Чернышевского, да и самого Салтыкова-Щедрина. Эзоповым такой способ общения с читателями был назван не зря – ведь и в баснях автор предпочитает обходиться без прямых назиданий и даже без указаний на истинных героев своего повествования, заменяя их безобидными на первый взгляд зверушками и птицами. Когда-то и родоначальник жанра был вынужден избегать называть вещи своими именами.

В том или ином виде Эзоп, разумеется, существовал – вопрос лишь в том, был он одним человеком или все-таки собирательным образом. Первые дошедшие до нас упоминания о сочинителе античных басен относятся к V веку, спустя сотню лет после его предполагаемой гибели. Память об Эзопе передавалась, видимо, устно, как и его произведения, которые порой превращались в пословицы, а иногда становились материалом для новых сочинений, которые подписывались уже другими именами. Начиная с Геродота, об Эзопе писали разные античные мыслители и ученые – включая и Аристотеля, и Плутарха. Впрочем, все, возможно, пересказывали одни и те же мифы.

Биография Эзопа или то, какой ее себе представляли

Считается, что Эзоп был рабом, выходцем из одной из греческих колоний. Первым его хозяином называют Ксанфа, затем Эзоп принадлежал Иадмону, но в итоге был отпущен на свободу. О кончине баснописца известно то, что произошла она в Дельфах, где Эзоп навлек на себя гнев местного населения и был приговорен к смерти, сброшен со скалы (якобы в результате сфабрикованного обвинения в краже из храма). Ничего из этого не имеет подтверждения и даже не может быть проверено по нескольким независимым источникам; вероятнее всего, все последующие авторы переписывали какие-то сочинения V века до н.э.

Изображения Эзопа - ксилография XV века и картина Диего Веласкеса

Во II веке – уже нашей эры – появилось произведение под названием «Жизнеописание Эзопа», роман неизвестного автора, который превратил обрывки биографии полумифического сочинителя в увлекательное повествование. Во-первых, начиная с этого времени Эзопу стали приписывать исключительное уродство – раньше таких подробностей известно не было. Якобы был он человеком с деформированной головой, косоглазым, да в придачу карликом, кривоногим и короткоруким. Судя по описанию цвета кожи, Эзоп причисляется к африканцам. Дар рассказчика он, от рождения косноязычный, получил от богини Исиды.

Эзоп, шутник и мудрец, сочиняет истории о своем хозяине, о других своих современниках, не щадит и царей, а служить после освобождения отправляется царю Крезу. По заданию правителя он и совершает то роковое путешествие в Дельфы, где встречает свою гибель. Источник этот, пусть и анонимный, стал для более поздних сочинений непреложной истиной – и в древних статуях, на древних монетах искали и находили образ знаменитого баснописца. Вплоть до XVI века сомнений в том, что Эзоп действительно существовал, не было.

Эзопов язык – как на нем говорили и писали

Первым высказал такое сомнение богослов Мартин Лютер – он считал, что все сборники эзоповских басен, включая и те, что были превращены в стихи и переведены с греческого на латынь, являются плодом творчества разных авторов. Самого Эзопа, возможно, никогда не существовало, несмотря на то, что в его историчности были полностью уверены древнегреческие мудрецы, включая Сократа и Диогена Лаэртского. Впрочем, традиционно упоминаются приблизительные даты жизни Эзопа – с 620 до 564 гг. до н.э.

Иллюстрация XVII века к басне Эзопа «Лиса и виноград».

Наверное, это и не так важно – кто бы ни заложил основы и сочинения басен, и эзопова языка, он оказал человечеству большую услугу и, наверное, это было неизбежно. Эзоп или «Эзоп» пользовался образами животных, чтобы выразить некую нравственную мысль, и несмотря на то, что его произведения предназначались для взрослой публики, уже в эпоху Возрождения книги с баснями этого древнегреческого автора, пересказанные в стихотворной форме, были популярным инструментом воспитания детей. В искусстве стилизации и совершенствования античных басен состязались сотни авторов, включая Лафонтена и Крылова.

Иносказания оказались в середине XIX века востребованы как никогда, и потому в литературных произведениях того времени упоминались, например, «господа Обмановы» и Савва Намордников, обозначавшие для тех, кто понимал этот язык, представителей правящей фамилии.

Но одним лишь переименованием истинных героев своих сочинений авторы не ограничивались. Чтобы писать о социальных потрясениях, прибегали к изображению бурь и природных катаклизмов, эмиграцию отражали в рассказах о перелетных птицах, а то и просто переносили все происходящее в книге в другую эпоху – «Переносится действие в Пизу – И спасен многотомный роман!», как писал Некрасов, обходивший ограничения цензуры.

Иллюстрация XV века к басне Эзопа «Петух, собака и лиса».

Еще одним методом запутать одних и донести информацию до других было уже неоднократно использованное раньше средство – обозначить собственные литературные мысли и идеи как перевод из некоего иностранного автора, желательно, писавшего на не очень популярном языке. Жандармы любого времени эрудицией не отличались – и писатели продолжали загадывать свои загадки тем, кто имел возможность их разгадать.

Считается, что подобные ограничения способствовали развитию литературы – можно ожидать, что что-то подобное ожидает отечественную культуру и в ближайшее время.