Николай Дмитриевич Дмитриев (музыкант)

Николай Дмитриевич Дмитриев (24 июля (5 августа), 1829, Тамбовская губерния [2] или, по другим данным, Москва [3] [4]  — 15 июля 1893, Таганрог [2] [3] [5] или 27 июля 1893, Ростов-на-Дону [4] ) — русский музыкант, композитор, пианист, музыкальный педагог.

Имя Н. Д. Дмитриева и поныне входит в список пианистов-виртуозов России [6] , он автор нескольких произведений православной музыки и около сотни романсов [2] [7] (издано 55) [8] .

В 19 веке его имя пользовалось большой известностью, ныне оно почти забыто — музыкант оказался настолько забыт, что некоторые источники путают его инициалы и называют И. И. Дмитриевым [9] [10] ; даже фотографию раздобыть не удалось.

Содержание

[править] Биография

Музыке учился частным образом дома (ученик А. И. Виллуана [3] [4] , из чего следует, что домашние занятия проходили в Москве) [5] .

Обучался на юридическом факультете Казанского университета [4] . Однако увлечения музыкой не забросил и продолжил занятия.

В 1840-х начал концертировать в Москве, исполнял произведения И. С. Баха, Л. Бетховена, Р. Шумана, Ф. Шопена, Ф. Мендельсона и собственного сочинения [3] . В 1840—1850 гг. приобрел большую популярность как пианист [2] . Его имя входит в список лучших русских пианистов. Критик Артём Аватинян о Н. Д. Дмитриеве: «Николай Дмитриевич Дмитриев (1829—1893) был блестящим пианистом, чье исполнение отличали виртуозность и эмоциональность» [6] .

Неоднократно выступал на благотворительных концертах в качестве пианиста и дирижёра в различных русских городах (Вятка, Таганрог, Мариуполь, Казань, Рязань) [3] . Эта работа была особо важна, так как российская провинция социально и культурно очень отставала от столичной жизни Петербурга и Москвы; впечатление было такое, что столицы и провинция представляли собой совершенно разные страны: рафинированные утонченные столицы — и полуграмотные варварские города провинции прежставляли собой огромный контраст. Многие выдающиеся деятели русской культуры этого времени специально бросали столичную карьеру с открывавшимися огромнейшими перспективали славы и богатства и отправлялись нести культуру в русскую глубинку — это было подвижничество, но так они представляли себе истинный патриотизм.

Со второй половины 1850-х годов Н. Д. Дмитриев перешел на государственную службу [2] . Но при этом совмещал ее с музыкальной деятельностью.

С 1857 жил в Харькове [3] . Выступал и преподавал игру на пианино. Среди учеников этого периода — Николай Витальевич Лысенко — будущий выдающийся украинский композитор [3] [8] [11] .

С 1863 жил в Рязани, в начале 1870-х гг. — в Казани [3] . В начале 1870-х гг. в Казани открылось отделение Императорского Русского музыклаьного общества, и Н. Д. Дмитриев стал активно участвовать в его жизни [4] . Он вошел как пианист в созданный ансамбль вместе со струнным квартетом с участием П. А. Аверьянова (1-я скрипка), С. В. Смоленского (2-я скрипка), Л. А. Панаева (альт), В. А. Гольтермана (виолончель) и др. [4]

В 1874 году был направлен в Вятку [3] и назначен чиновником Вятского окружного суда, проработав в этой должности 11 лет. Там, в Вятке, он стал одним из инициаторов музыкального кружка [2] и вообще много сделал для культуры города. Николай Дмитриевич Дмитриев много работал в Вятке, именно там родились и впервые были исполнены многие его музыкальные произведения.

В 1885 году из-за болезни был переведен в Таганрог [4] [3] , где прожил до конца своей жизни [2] . По другим данным, хотя музыкант действительно последние годы жил в Таганроге, скончался в Ростове-на-Дону [4] .

[править] Творчество

Многое из творчества композитора сейчас утеряно. Известно, что ему принадлежит авторство одной симфонии, так и оставшейся незавершенной, четырех духовных концертов [4] , нескольких фортепианных пьес [6] и около 100 романсов [8] .

Духовные концерты и православная музыка вообще занимали большое место в композиторской и исполнительской деятельности Н. Д. Дмитриева [3] , особенно в последние годы его жизни. Его духовные произведния написаны в традиционной для это жанра контрастно-составной форме, с чередованием разделов аккордового хорального склада и имитационных эпизодов [4] .

Но всё же более всего он прославился романсами.

В 1848 году он положил на музыку шуточное пароднийное стихотворение И. И. Панаева «Будто из Гейне» (пароднию на модные романтические вирши) [12] [13] , но придав ему вид серьезного произведения и дав название по первой строчке стиха: «Густолиственных клёнов аллея». Получившееся музыкальное творение — романс «Густолиственных клёнов аллея» — было принято как модный цыганский романс, который много исполнялся и входил в репертуар знаменитого московского цыганского хора И. О. Соколова [14] ; причем этот романс пользовался такой славой и известностью, что его строчки перешли в крылатое выражение [15] [16] . Теперь они забыты, а еще в конце 19 столетия эти слова активно использовались и в речевом оброте, и в журналистике, и в критических литературоведческих заметках [13] [16] . В 1859 году на эти же стихи появился еще одни романс — с музыкой Н. А. Бороздина, но он не сумел затмить славы музыки Дмитриева [12] .

В 19 веке очень большой популярностью пользовался романс Н. Дмитриева «Под душистою веткой сирени, где сидели с тобой, милый мой» [8] , ныне совсем забытый.

Не меньший успех выпал и на романс-трио «Сосна» («На севере диком…») на стихи М. Ю. Лермонтова [7] [4] [17] , созданный композитором 1853 году [5] и посвященный певцу-тенору Московской императорской труппы Александру Додонову [5] [18] . Причем к этим стихам сочиняли свои романсы более 100 композиторов [17] [5] , и романс, созданный Н. Д. Дмитриевым, не затерялся среди многих других выдающихся имен композиторов.

На стихи М. Лермонтова Н. Д. Дмитриев создал десять романсов: Тучи («Тучки небесные») (1848), Отчего («Мне грустно») (1852), «На севере диком…» (Сосна) (см. выше — трио, издательство А. Бриккер, 1853), «Слышу ли голос твой…» (1853), «Нет, не тебя так пылко я люблю…» (1853), Благодарность («За все, за все тебя благодарю я») (1853), Еврейская мелодия («Душа моя мрачна»), (1871), «Выхожу один я на дорогу…» (1879), «Они любили друг друга…» (1879) и Узник («Отворите мне темницу») [5] .