В телекомментатора Анну Дмитриеву вселилась душа Михаила Булгакова?

С Анной Дмитриевой принято говорить о спорте. Но вопросы, которые задавала ей я, к спорту не имеют никакого отношения. ТАКИХ вопросов ей не задавал никто! А говорили мы о писателе Михаиле Булгакове. И повод для разговора был прямо-таки сенсационный. Дело в том, что в Анну Владимировну переселилась душа знаменитого писателя. Он сам об этом сказал. Но обо всем по порядку. Булгаков был очень дружен с известным художником Владимиром Владимировичем Дмитриевым и его супругой Мариной Владимировной. Однажды в приватной беседе Михаил Афанасьевич неожиданно сказал жене художника: «Когда я умру, моя душа переселится в твоего ребенка». Надо сказать, что Марина Владимировна и беременной-то в это время не была. Прошло несколько месяцев. Булгаков стал сильно болеть. Здоровье его резко ухудшилось. 10 марта 1940 года он умер. А ровно через 9 месяцев - 10 декабря 1940 года - у Дмитриевых родилась дочь Анна. Анна Владимировна Дмитриева. Сама Анна Владимировна человек не мистический и очень интеллигентный. Вопросы о мистике и потусторонней связи с Булгаковым считает личными и публичному обсуждению не подлежащими. Поэтому согласилась рассказать о странных явлениях в своей жизни лишь сегодня. И, как видно, далеко не все. Булгаков любил мальчишники - Анна Владимировна, что связывало ваших родителей с Булгаковым? - Папа дружил с Михаилом Афанасьевичем в 20 - 30-е годы, вплоть до смерти писателя. Когда мама вышла замуж за папу, она стала вхожа в дом Булгаковых. Папа был театральным художником. Работал во МХАТе. Булгаков тоже работал во МХАТе. Их связывала страсть к театру. Мой папа был единственным художником, кто рисовал Булгакова сразу после смерти. - Булгаковеды пишут, что он был честолюбивым человеком: дружил по расчету, женился по расчету. А ваши родители некоторых странностей его характера не отмечали? - Родители его не оценивали, а принимали как данность. А он мог их критиковать. Я читала письма Булгакова к жене. Он писал про моего отца: «. надоел Дмитриев! Сидел, бубнил. » Очевидно, у них возникали сложности во взаимоотношениях. Но. при этом все хотели быть с Булгаковым рядом, все тянулись к нему. Он был магнетической личностью. - И жены его от этого страдали. - Да, Елена Сергеевна была недовольна, когда они с моим папой устраивали. развлекухи. Мальчишники. Но в этом ничего плохого не было! Просто Булгаков любил нарушить каноны. - А что ваши родители говорили про самый мистический роман Булгакова «Мастер и Маргарита» - ведь он писался на их глазах? - Рассказывали, как были первыми слушателями романа. Булгаков устраивал для друзей чтение «Мастера и Маргариты». - Представляю, как это было торжественно! - Это было святым событием в жизни его близких. Но семейное предание говорит и о смешных вещах. Когда писатель пригласил моих родителей на чтение очередной главы, мой папа взял и уснул. Представляете, какой позор! Он уронил голову на чернильницу. Она упала, чернила пролились на рукопись. - А как получилось, что Булгаков сказал такие. загадочные слова про свою душу именно вашей маме? - Мама появилась в их компании несколько позже. Булгаков уже неважно себя чувствовал. Рядом с ним - когда ему стало совсем плохо - постоянно находились самые близкие люди. Среди них и мой отец. Иногда Булгаков приглашал маму составить ему компанию в прогулках. В одну из таких последних прогулок он и сказал эти слова. Он боялся исчезнуть - А что, по-вашему, его на это толкнуло? - Мама рассказывала, что Михаил Афанасьевич, чувствуя приближение конца, часто рассуждал на тему «Что будет, когда меня не будет». И - приходил к выводу, что ничего не изменится: будут куда-то торопиться люди, трамваи будут звенеть. Поэтому ему хотелось куда-то свою душу пристроить, чтобы она отсюда далеко не отлучалась, оставалась в привычном мире, наверное. - А как вы узнали о таком странном булгаковском завещании? - Кажется, я знаю об этом с самого рождения! Сколько помню себя, у нас в семье всегда говорили о Булгакове, вспоминали о нем, рассказывали. Летом мы выезжали во мхатовский дом отдыха - и там снова разговоры, истории. Булгаков был кругом. Даже в эвакуации, куда мы уехали с театром. - Значит, вы часто общались с великими мхатовцами. - Да! Михаил Михайлович Яншин называл меня «авоськой», потому что у меня косички были так - корзиночкой - заплетены. А когда я стала играть в теннис, они все приходили за меня болеть. Ольга Книппер-Чехова была моей крестной мамой. - А как такая жизнь сочеталась с социалистической действительностью? - Никак. Эти миры существовали параллельно. В школе, например, никто не знал о нашей булгаковской семейной тайне. Мне родители никогда не говорили о том, что об этом нельзя в школе рассказывать. У меня внутри автомат срабатывал: Булгаков - табу. А потом, когда вся страна бросилась читать Булгакова, мне было приятно, что все, что о нем рассказывали родители, интересно и другим. - Вы были в нехорошей квартире на Садовой, где обитал Воланд и компания? - Нет, не была. Наверное, из-за ревности. - . - Понимаете, Булгаков был для меня чем-то личным, только моим. А когда каждый может пойти, дотронуться, нарисовать что-то на стене. нет, я этого не хочу. А вот мой муж делал самый первый документальный фильм о Булгакове, который прошел у нас на ТВ. Гром среди ясного неба С мужем Анны Дмитриевой - Дмитрием Николаевичем Чуковским - случилась в процессе съемок загадочная история. Во время записи воспоминаний о Булгакове (дело было в маленькой студии) к одному из участников съемки на колени вдруг прыгнул. котенок. Но вокруг никогда не было никаких котов! Котенка выгнали. Он пришел снова. А когда съемки закончились, оператор решил котенка покормить, но он как будто в воздухе растворился. Кстати, коты часто возникают ниоткуда, как только речь заходит о Булгакове - это давно замечено. Наконец, фильм был готов. Показывали его в начале декабря. Только на экране поплыли первые кадры фильма - над зимней Москвой разразилась страшная гроза. Синоптики были в шоке. Булгаков есть Булгаков. - Анна Владимировна, а сами-то вы испытываете на себе мистику булгаковского наследия? Вот Булгаков, например, свято верил в амулеты. Всякий раз перед важным делом он надевал золотой браслет своей первой жены. Даже когда они уже развелись - брал на денек это украшение, если дело ответственное предстояло. Моя собеседница явно пытается уйти от ответа. Наконец дипломатично замечает: - Если дать суевериям торжествовать над собой, не станешь сам себе хозяином. Не сможешь жизнью своей руководить. - А почему вы никому из многочисленных интервьюеров никогда про слова Булгакова и про историю своей семьи не рассказывали? - Никто не спрашивал. Вот исследователям его творчества я отдала его письма. Но как бы ни открещивалась Анна Владимировна от булгаковской чертовщинки, наследие друга семьи и великого писателя преследует и ее. Вот, например, не так давно Анна Владимировна подметила, что все великие (именно - великие!) теннисистки страдали от своей любви к лошадям. В XIX веке самая молодая и яркая теннисистка сломала ногу, занимаясь выездкой. В 50-е годы то же самое произошло с очередной звездой тенниса. И тут недавно Анна Владимировна возьми и скажи своим друзьям: «Только бы Хингис на лошадях не скакала! Ей в теннисе равных нет. » И через неделю теннисистка сломала ногу, ни с того ни с сего решив покататься на лошади. - То есть что-то булгаковское вы в себе все же ощущаете? - Да что вы, как можно такое про себя говорить? Кто я и кто Булгаков? - Ну хорошо, а азарт? Михаил Афанасьевич был очень азартным человеком - в бильярд играл до умопомрачения, в карты резался до утра. И вы - человек спортивный, а значит, азартный. - Ну, во-первых, в бильярд он играл плохо. А я человек уже не азартный, с этим шутить нельзя. И вообще мистика - дело опасное. Я сама в эти игры не играю и вам не советую. ДОСЬЕ «КП» Дмитриева Анна Владимировна родилась 10 декабря 1940 г. в Москве. Лучшая советская теннисистка конца 50 - 60-х годов. Заслуженный мастер спорта СССР. Абсолютная чемпионка СССР 1959 - 1962, 1964 годов, полуфиналистка Уимблдона 1963 г. в женских парных соревнованиях. В настоящее время - спортивный комментатор «НТВ-Плюс».

В телекомментатора Анну Дмитриеву вселилась душа Михаила Булгакова?

Читайте также