Небольшие стихотворения советского поэта Твардовского для школьников, детей
Дом у Днепра иль за Днепром, Своим натопленный двором,— Ни мой, ни твой, ничейный, Пропахший обувью сырой, Солдатским потом, да махрой, Да смазкою ружейной.
И, покидая угол тот, Солдат, жилец бездомный, О нем, бывает, и вздохнет, И жизнь пройдет, а вспомнит!
Горбушка хлеба, две картошки - Всему суровый вес и счет. И, как большой, с ладони крошки С великой бережностью - в рот.
Стремглав попутные машины Проносят пыльные борта. Глядит, задумался мужчина. - Сынок, должно быть сирота?
И на лице, в глазах, похоже,- Досады давнишняя тень. Любой и каждый все про то же, И как им спрашивать не лень.
В лицо тебе серьезно глядя, Еще он медлит рот открыть. - Ну, сирота.- И тотчас:- Дядя, Ты лучше дал бы докурить.
Мне ещё в детстве, бывало, в ночном, Где–нибудь в дедовском поле Скопища эти холодным огнём Точно бы в темя кололи.
Сладкой бессонницей юность мою Звёздное небо томило: Где бы я ни был, казалось, стою В центре вселенского мира.
В зрелости так не тревожат меня Космоса дальние светы, Как муравьиная злая возня Маленькой нашей планеты.
Полой водой и нежданно - Самой простой, полевой Травкою той безымянной, Что и у нас под Москвой.
И, доверяясь примете, Можно подумать, что нет Ни этих немцев на свете, Ни расстояний, ни лет.
Можно сказать: неужели Правда, что где-то вдали Жены без нас постарели, Дети без нас подросли.
Лежало как-то неумело По-детски маленькое тело. Шинель ко льду мороз прижал, Далеко шапка отлетела. Казалось, мальчик не лежал, А все еще бегом бежал Да лед за полу придержал.
Среди большой войны жестокой, С чего - ума не приложу, Мне жалко той судьбы далекой, Как будто мертвый, одинокий, Как будто это я лежу, Примерзший, маленький, убитый На той войне незнаменитой, Забытый, маленький, лежу.
Пришло так быстро время пересчета, И так нагляден нынешний урок: Чрезмерная о вечности забота - Она, по справедливости, не впрок.
Но как сцепились намертво каменья, Разъять их силой - выдать семь потов. Чрезмерная забота о забвенье Немалых тоже требует трудов.
Все, что на свете сделано руками, Рукам под силу обратить на слом. Но дело в том, Что сам собою камень - Он не бывает ни добром, ни злом.
И только я здесь был не дома, Я песню узнавал едва. Звучали как-то по-иному Совсем знакомые слова.
Гармонь играла с перебором, Ходил по кругу хоровод, А по реке в огнях, как город, Бежал красавец пароход.
Веселый и разнообразный, По всей реке, по всей стране Один большой справлялся праздник, И петь о нем хотелось мне.
Петь, что от края и до края, Во все концы, во все края, Ты вся моя и вся родная, Большая Родина моя.
Скрывала его одиноко, Закутав отрезком холста, В тревоге от срока до срока Меняя места.
И в день, как опять задрожала Земля от пальбы у села, Тот сверток она из пожара Спасла.
И полк под спасенное знамя Весь новый, с иголочки, встал. И с орденом "Красное Знамя" Поздравил ее генерал.
Смутилась до крайности баба, Увидев такие дела. - Мне телочку дали хотя бы, И то б я довольна была.
Липа в ночной полумгле Светит густой позолотой, Дышит - как будто в дупле Скрыты горячие соты.
От перестоя трава Никнет в сухом оперенье. Как жестяная, мертва Тёмная зелень сирени.
Где–то уже позади День равноденствие славит. И не впервые дожди В тёплой листве шепелявят.
Не пропускай, отмечай Снова и снова на свете Лёгкую эту печаль, Убыли–прибыли эти.
Все их приветствуй с утра Или под вечер с устатку. Здравствуй, любая пора, И проходи по порядку.
Когда путем войны пройдешь, Еще поймешь порой, Как хлеб хорош И как хорош Глоток воды сырой.
Когда пройдешь таким путем Не день, не два, солдат, Еще поймешь, Как дорог дом, Как отчий угол свят.
Когда - науку всех наук - В бою постигнешь бой,- Еще поймешь, Как дорог друг, Как дорог каждый свой -
И про отвагу, долг и честь Не будешь зря твердить. Они в тебе, Какой ты есть, Каким лишь можешь быть.
Таким, с которым, коль дружить И дружбы не терять, Как говорится, Можно жить И можно умирать.
Иметь, любить и помнить угол милый, Где есть деревья, что отец садил, Где есть, быть может, прадедов могилы, Хотя б ты к ним ни разу не ходил;
Хотя б и вовсе там бывал не часто, Зато больней почувствовал потом, Какое это горькое несчастье - Вдруг потерять тот самый край и дом,
Где мальчиком ты день встречал когда-то, Почуяв солнце заспанной щекой, Где на крыльце одною нянчил брата И в камушки играл другой рукой.
Где мастерил ему с упорством детским Вертушки, пушки, мельницы, мечи. И там теперь сидит солдат немецкий, И для него огонь горит в печи.
И что ему, бродяге полумира, В твоем родном, единственном угле? Он для него - не первая квартира На пройденной поруганной земле.
Он гость недолгий, нет ему расчета Щадить что-либо, все - как трын-трава: По окнам прострочит из пулемета, Отцовский садик срубит на дрова.
Он опоганит, осквернит, отравит На долгий срок заветные места. И даже труп свой мерзкий здесь оставит - В земле, что для тебя священна и чиста.
Что ж, не тоскуй и не жалей, дружище, Что отчий край лежит не на пути, Что на свое родное пепелище Тебе другой дорогою идти.
Где б ни был ты в огне передних линий - На Севере иль где-нибудь в Крыму, В Смоленщине иль здесь, на Украине,- Идешь ты нынче к дому своему.
Идешь с людьми в строю необозримом,- У каждого своя родная сторона, У каждого свой дом, свой сад, свой брат любимый, А родина у всех у нас одна.
Пойдем, посмотрим старый сад, Где сторож был Данила. Неделя без году назад Все это вправду было.
И мы у дедовской земли С тобой расти спешили. Мы точно поле перешли - И стали вдруг большие.
Наш день рабочий начался, И мы с тобой мужчины. Нам сеять хлеб, рубить леса И в ход пускать машины.
И резать плугом целину, И в океанах плавать, И охранять свою страну На всех ее заставах.
Народ мы взрослый, занятой. Как знать, когда случится Вот так стоять, вдвоем с тобой, Над этою криницей?
И пусть в последний раз сюда Зашли мы мимоходом, Мы не забудем никогда, Что мы отсюда родом.
И в грозных будущих боях Мы вспомним, что за нами - И эти милые края, И этот куст, и камень.
Давай же, друг, пройдем кружком По всем дорожкам славным, Где мы с тобою босиком Отбегали недавно.