Новый скандал вокруг воронежского «Мариотта»: владельцы отеля прибирают к рукам чужую собственность

«Мариотт», безусловно, самое обсуждаемое здание в Воронеже. Оно держит это первенство уже не один год, и не уступит его, пока в городе не появится нечто еще более шокирующее. Его уместность в историческом сердце города с 400-летней историей – это вопрос совместимости полицейских очков с шелковым платьем.

Строящийся отель «Марриотт».

Но в Воронеже порядок таков, что если речь идет о чиновничьих интересах или экономической целесообразности, то уже не спорят не только о вкусах, но и о безвкусице. Впрочем, очевидное нарушение патриархальной аутентичности старинного городского проспекта, может стать далеко не единственным поводом, которым «Мариотт» еще не раз привлечет внимание публики. Тайны, которые скрывает за собой помпезный, псевдошикарный фасад, могут оказаться из области споров отнюдь не гуманитарной направленности. Но все по порядку.

Подстанция раздора

Отель «Мариотт» не появился бы, если бы не заинтересованность собственников ЦУМа, некогда популярного в Воронеже универмага. Они изначально дали свет этому проекту, как весьма выгодной долгосрочной инвестиции. Но здание старого ЦУМа не принадлежит кому-то одному, собственников несколько. И каждый занят своим делом: одни с головой погрузились в идею возведения «Мариотта», другие продолжали заниматься своим бизнесом, не участвуя в стройке века. Когда настало время возведения систем жизнеобеспечения отеля, руководители проекта поняли, что старая подстанция, расположенная во дворе ЦУМа, вряд ли сможет обеспечить бесперебойную подачу света в новые апартаменты. Она хоть и оставалась пригодной, но срок ее эксплуатации подходил к концу. Со старьем решили разобраться кардинально, и не тащить в светлое будущее отжившую свой век рухлядь.

Дирекция ЦУМа обратилась с письмами к собственникам части помещений (в том числе и подвальных) с просьбой дать добро на перенос старой подстанции на другое место. Этими собственниками были и сейчас являются бизнесмен Сергей Куксов и военный пенсионер Николай Васильевич Вишневский. Земля под ЦУМом и вокруг него тоже находится в общем владении, так что без согласования было никак. Вишневский и Куксов ничего не имели против, надо перенести подстанцию – пожалуйста. Вопрос о том, куда ее перенести, в переписке не возникал. Каково же было удивление хозяев подвальных площадей, когда они поняли, что затеяли подрядчики, непосредственные строители «Мариотта». Они возвели новую мощную высоковольтную подстанцию в подвале. Причем, не на своих площадях, а на чужих.

Когда действия подрядчика были обнаружены, между соседями возник спор, стали выяснять, как такое могло случиться в принципе. С какого такого перепугу собственники помещений ЦУМа должны отдавать свои площади для размещения «чужих» коммуникаций, предназначенных для коммерческого объекта? Они в строительном проекте не участвуют, никаких соглашений или договоров с ним никто не подписывал, какое же имели право соседи внедряться на их территорию?

Чтобы прояснить цену вопроса, заметим, что это вторжение сэкономило для владельцев «Мариотта» очень приличные деньги. Если бы они разместили подстанцию на своих площадях, им пришлось бы пожертвовать изрядной частью своей подземной парковки, а это ой как невыгодно, там каждый метр на вес золота. А если бы взяли подвал в аренду у собственников, то она обошлась бы в сумму, может быть, и не слишком значительную для такого проекта как «Мариотт», но ведь копейка рубль бережет, не так ли?

Подумаешь, ошиблись подвалом…

Разбирательства на тему, как могло произойти, что строители вторглись на чужую территорию, привели к типично российскому выводу – ошиблись. Перепутали подрядчики - СМУ номер такой-то – нужный подвал с чужим, и освоили его по полной программе. А когда дело было сделано, и мощная подстанция построена, не разбирать же ее по частям, право слово. Собственники помещений, на которых возникло чудо-сооружение, отойдя от шока, предложили привести самовольную стройку к правовым нормам – подписать договор об аренде, например. И поначалу руководство ЦУМа вроде бы и не возражало. Только оказалось, что принимать самостоятельные решения оно уже не может. Финансовая ситуация на проекте была такова, что все решения уже принимали столь значительные люди, как депутат областной Думы Владимир Колыхалин и основатель холдинга «ДСК», сенатор Сергей Лукин. Но люди такого уровня, наверное, и достигают сияющих вершин, потому что умеют абстрагироваться от мелочей. Попросту не замечать их.

Короче говоря, Николаю Васильевичу Вишневскому, как законному владельцу подвального помещения, освоенного незваными гостями, пришлось подавать в суд. Разбирательство в Центральном суде было странным. Там сочли, что письмо о просьбе перенести старую подстанцию – это и есть тот самый договор о сотрудничестве, который лег в основу перераспределения собственности. Логика суда оказалась такой: раз вы не возражали перенести подстанцию, значит, были готовы поделиться своими площадями. Суд также не посчитал, что нарушено право собственника пользоваться своим помещением. Подумаешь, что в подвале построили подстанцию! Но он же есть, подвал этот! Так что пользуйтесь, ни в чем себе не отказывайте. Правда, непонятно, как теперь хозяин будет пользоваться подвалом, в котором возникло серьезное техническое сооружение. Что он там может делать? Разве что постоять, помечтать, подумать о жизни…

Чудеса Фемиды

Разумеется, такое странное решение суда удовлетворить собственника не могло, и он решил обратиться в вышестоящую судебную инстанцию с кассационной жалобой. Но тут начались чудеса из области судебно-бюрократического делопроизводства. Решение Центральный суд вынес 7 октября, огласив только резолютивную часть – в иске отказать. С мотивирующей частью решения, на основе которой истец может составить кассационную жалобу, велели подождать. Но проходил день, другой, третий… а ответ из канцелярии суда был все тот же: полного текста решения суда с мотивировочной частью нет. А время шло, истекал срок подачи кассационной жалобы, восстановить который по суду потом чрезвычайно сложно. Упустил момент – до свидания.

В итоге истец решил написать апелляционную жалобу, не аргументированную, не подробную – просто чтобы не упустить сроки, и одновременно обратился с жалобой на имя председателя Центрального суда на судью Шумейко, допустившую нарушение сроков выдачи мотивированного решения. Какового же было удивление истца, когда на следующий же день после подачи этой жалобы оказалось, что полное, исчерпывающее решение суда давно существует и подписано все тем же 7 октября. Только вот истцу его почему-то не выдавали. Как будто специально ждали, чтобы он опоздал в вышестоящую инстанцию! Впрочем, истец уже не был удивлен: кто такой 72-летний военный пенсионер, пусть даже и имеющий награды и заслуги перед Родиной, по сравнению с хозяевами крупнейшего в городе коммерческого проекта, над которым возвышается сенатор Российской Федерации? Силы слишком уж неравны. В том числе и перед законом.

Решение суда, щедро отдавшего хозяевам «Мариотта» право распоряжаться соседскими территориями, как своими, не ответило на весьма существенные вопросы. Например, такие. Если хозяин подвала все же В.Н. Вишневский, а собственники подстанции - его соседи по ЦУМУ, то кто, собственно, будет платить недетский налог на недвижимость в центре города? По закону, собственник. То есть, военный пенсионер. А пользоваться по факту будет отель «Мариотт». Круто, да? Собственник, не имеющий никакого отношения к отелю, должен оплачивать размещение подстанции, которая будет его обслуживать. Где такое видано? А если мощнейшая подстанция окажется не такой уж безобидной? Сейчас она еще не подключена, и никакого беспокойства у соответствующих служб не вызывает. У нас же принято креститься, только когда гром грянет. Так вот если он, не дай Бог, грянет, если на опасном объекте произойдет несчастный случай или еще какое ЧП, тогда что? Кто будет отвечать? Собственник помещения, который не имеет к подстанции никакого отношения? Или все-таки тот, кто ее возвел? Или, случись что, он скажет: это не мое, ничего не знаю? Кто будет нести ответственность за техническое состояние и безопасность объекта? Если, скажем, компетентные органы начнут разбираться: на каком основании построена подстанция? Где, собственно, ее правовая основа? А ведь окажется, что ее нет. И что станция построена нелегально.

Мина замедленного действия

Журналисты популярного воронежского информационного портала на одном из этапов строительства «Мариотта» посещали стройку и размещали на своем ресурсе и в социальных сетях фотографии, которые иллюстрировали различные строительные нарушения, которыми якобы изобиловал процесс возведения здания. Собственники помещений ЦУМа, не связанные со стройкой, также не раз были свидетелями всевозможных тревожных происшествий: с вершины строения на крышу старого здания ЦУМа то и дело что-то падало, а само старое здание, благодаря непосредственной близости к монстру, пошло трещинами. И порой, весьма угрожающими. Да и тот самый подвал, который стал предметом спора, не избежал общей участи: его не раз заливало. А теперь еще в этом самом подвале подрядчик – опять же орудуя как в своем - провел магистральные трубы водоснабжения, появление которых в суде вообще никто никак не смог объяснить, по ним никаких согласовательных писем и просьб не было. Но трубы все же появились и по решению суда остались на месте.

Пока подстанция находится в спящем режиме, то есть, не подключена, ни один официальный орган не обеспокоился ее, мягко говоря, некорректным появлением. Но задуматься об этом вообще-то стоило бы. Все-таки подстанция на 6 мегаватт – объект повышенной опасности, и уж наверное должна быть построена в строжайшем соответствии с требованиями, предъявляемыми к подобным объектам. Но если учесть, что подрядчик «ошибся адресом», попав вообще не в тот подвал, то как можно быть уверенным в том, что другие требования безопасности были соблюдены? И что этот подвальный агрегат уже не стал миной замедленного действия? И как будет влиять его работа на тех людей, которые работают в этом здании? Там, например, расположен один из офисов Сбербанка.

Эти опросы никто не исследовал, более того, ими никто принципиально не хочет заниматься, хотя Николай Васильевич Вишневский обратился с письмами во все инстанции: мэрию, прокуратуру, МЧС и так далее. В ответ пока что получает одни отписки. Слишком уж магическое звучание в регионе имеет фамилия того, кто стоит на вершине «Мариотта». Хотя вообще-то должно быть наоборот. Права военного пенсионера может нарушить кто угодно, но только не областной депутат, и уж тем более не сенатор той страны, которой он служил. Захваты – целенаправленные или случайные – может совершить любой, но только не те, кто работает в проекте, которым руководит сенатор – дабы не позорить его доброе имя. И уж тем более негоже, когда перед тенью значимой фигуры трепещет суд. Это совсем стыдно. Перед законом должны быть равны и те, кто их пишет, и те, кто их исполняет.