§ 2. Процесс познания, его формы и особенности.

Одним из важнейших положений гносеологии является то, что познание есть сложный, противоречивый процесс. Сложность в том, что познание — это многостадийный, многоаспектный, детерминированный различными причинами и условиями, разворачивающийся в пространстве и во времени акт.

Цель познания — знания. Они нужны для: ориентации человека в окружающем мире; объяснения и предвидения событий; планирования и реализации деятельности. Знание - средство преобразования действительности и это система. Знание возникает в процессе познания, а он состоит из форм, этапов, уровней. В теории познания выделяют, как правило, чувственное и рациональное познание, а также рассматривают интуицию как особый момент связи чувственного и рационального.

• исторически начальная ступень;
• начальная в том смысле, что без чувственности первоначального контакта с миром не возникает.

Чувственное познание осуществляется посредством органов чувств (зрение, слух, обоняние, осязание, вкус). Для него характерны: - непосредственность (прямое воспроизведение объекта); - наглядность и предметность возникающих образов; - воспроизведение объектов на уровне явления, т.е. их внешних сторон и свойств.

Основные формы чувственного отражения: ощущения, восприятия, представления.

1. Выделяется влияние социальных отношений, общественной и индивидуальной практики на выбор объектов отражения в окружающей действительности.
2. Происходит формирование (под воздействием практики, социально-культурных условий и ценностей) перцептивных установок и ожиданий, регулирующих в ходе восприятия взаимодействие текущих сенсорных данных и прошлого опыта субъекта.
3. Осуществляется взаимодействие прошлой, а также текущей сенсорной информации и культурных наслоений. Исходя из этого можно говорить о том, что непосредственность чувственного отражения - вещь относительная и что необходимо учитывать эту относительность в познавательной и практической деятельности. Таковы в общих чертах формы, особенности и специфика чувственного познания человека.

Рациональное познание — более сложный, присущий человеку способ отражения действительности посредством мышления. Мышление может быть представлено тремя основными уровнями, которые соответствуют в общем истории его развития: сенсорно-перцептивным; уровнем представлений; вербально-логическим уровнем (уровнем понятийного мышления).

Понятие – логический образ, воспроизводящий существенные свойства и отношения вещей. С него начинается и им завершается любой цикл осмысления действительности. Возникновение понятия – это всегда скачок от единичного к всеобщему, от конкретного к абстрактному, от явления к сущности.

Суждение – это мысль, связывающая несколько понятий и благодаря этому отражающая отношения между различными вещами и их свойствами. С помощью суждений строятся определения науки, все ее утверждения и отрицания.

Умозаключение представляет собой вывод из нескольких взаимосвязанных суждений нового суждения, нового утверждения или отрицания, нового определения науки. С помощью понятий, суждений и умозаключений выдвигаются и обосновываются гипотезы, формулируются законы, строятся целостные теории – наиболее развитые и глубокие логические образы действительности.

И еще одно важное положение, которое желательно сформулировать при характеристике рационального познания. Необходимо различать понятия “мышление” и “интеллект”. Интеллект следует рассматривать как интегральную и высокодифференцированную способность к мышлению, как универсальную тренированность мозга. Это своего рода духовный потенциал личности, где функциональное раскрытие порождает все богатство оттенков и форм человеческого мышления. Под мышлением (умственной активностью), напротив, понимается та конкретная деятельность, которая производится носителем интеллекта.

Умственная работа не сводится к механическому усвоению способов деятельности. Человек овладевает не набором понятий, суждений и умозаключений, а принципами, структурой для их обработки. Как интеллект (умственная способность), так и мышление (умственная активность) не являются изолированными формами.

1. интуиция - это особая форма скачка от незнания к знанию;
2. интуиция - это плод переплетения логических и психологических механизмов мышления.

Исследователи отмечают также и признаки интуиции: внезапность скачка; неполная осознанность процесса; непосредственный характер возникновения знания. Выделяют также формы интуиции: чувственную и интеллектуальную.

1. остается неясным, каким образом мы угадываем “близость решения”, хотя буквально ничего не можем сказать о его содержании;
2. усилия сознания “схватить” подступающее решение, т.е. подключить внимание и формальную логику, как бы отпугивает его;
3. хотя мы и не знаем содержания наступившего решения, мы тем не менее откуда-то обретаем уверенность в том, что оно существенно лучше тех вариантов, которые придумывались нами ранее.

Подсознательный характер интуитивного мышления не означает его отрыва от осознанного мышления.

Интуитивное мышление следует за осознанным мышлением в плане проблематики, но часто опережает его во времени решения задач. Еще его особенность в том, что оно возникает как следствие напряженных и эмоционально насыщенных поисковых размышлений. Оно всегда эмоционально окрашено. Оно всегда просто и лаконично и никогда не представляет собой целой теории, а дает лишь некоторый ключевой элемент типа того, который имел место у Д.И.Менделеева, который отмечал: “В голове все сложилось, а на бумаге таблица никак не получается”. Таким образом, интуитивное мышление принадлежит к той группе явлений духовной жизни, которые доставляют обществу такие полезные неожиданные находки, которые оно ранее не могло предполагать и которые поэтому позволяют ему скачкообразно выходить на новые качественные уровни (огонь, керамика, металл, колесо и т.д.). Можно ли инициировать интуицию? Положительный ответ на этот вопрос ставит проблему управления интуицией. Управление интуицией, насколько это вообще возможно, означает овладение способами инициирования процессов самодостраивания и направленного воздействия на поле мозга и сознания.

Завершая разговор о видах познания, следует сказать о том, что выделение в познании чувственного и рационального познания, а также интуиции вовсе не означает, что процесс познания протекает именно в такой последовательности. В реальном познании все сосуществует одномоментно, формы познания в реальном познавательном акте неразделимы. Но тем не менее знание о том, что такое познание, каковы его основные формы, закономерности, безусловно, поможет в осмыслении окружающей нас действительности.

Характеристика процесса познания будет неполной, если мы не обратимся к понятию, что такое истина.

Существуют весьма разнообразные определения истины. Приведем некоторые из них: “Истина — это соответствие знаний действительности”; “Истина — это опытная подтверждаемость”; “Истина — это свойство самосогласованности”; “Истина — это полезность знания, его эффективность”; “Истина — это соглашение”. Современная трактовка истины, — по которой она определяется как соответствие знаний действительности, — включает в себя следующие моменты.

Во-первых, понятие “действительность” трактуется прежде всего как объективная реальность, существующая до и независимо от нашего сознания, как состоящая не только из явлений, но и из сущностей, скрывающихся за ними, в них проявляющихся.

Во-вторых, в “действительность” входит также и субъективная действительность; познается, отражается в истине также и духовная реальность.

В-третьих, познание, его результат — истина, а также сам объект понимаются как неразрывно связанные с предметно-чувственной деятельностью человека, с практикой; объект задается через практику; истина, т.е. достоверное знание ее сущности и ее проявлений, воспроизводима на практике.

В-четвертых, признается, что истина не только статичное, но также и динамичное образование, истина есть процесс.

Все эти моменты отграничивают диалектико-материалистическое понимание истины от агностицизма, идеализма и упрощенного материализма. Из понимания истины как объективной, не зависящей от индивидов, классов и человечества, следует ее конкретность. Конкретность истины — это зависимость знаний от связей и взаимодействий, присущих тем или иным явлениям, от условий, места и времени, в которых они существуют и развиваются.

Важное место в теории познания занимают формы истины: относительная и абсолютная. Свойство объективной истины быть процессом проявляется двояко: во-первых, как процесс изменения в направлении все большей полноты отражения объекта и, во-вторых, как процесс преодоления заблуждения в структуре концепций, теорий. Движение от менее полной истины к более полной имеет моменты устойчивости и моменты изменчивости. При нарушении этого единства рост истины замедляется или прекращается вовсе. При гипертрофии момента устойчивости возникает догматизм. Абсолютизация же относительности знаний приводит к скептицизму и, в конце концов, к агностицизму.

Проблема отграничения истины от заблуждения возникла еще в античные времена. Одни философы считали, что нельзя найти прочного основания, с помощью которого можно было бы решить вопрос об объективной истинности знания, поэтому склонялись к скептицизму и агностицизму. Другие видели такой критерий в данных ощущений и восприятий человека: все то, что выводимо из чувственно-данного, истинно. Третьи полагали, что достоверность всего человеческого знания можно доказать путем выведения его из небольшого числа всеобщих положений, истинность которых самоочевидна в силу их ясности и отчетливости, но это слишком зыбкий критерий для доказательства объективной истинности знания.

Возникла задача найти такой критерий, который, во-первых, был бы непосредственно связан со знанием, определял бы его развитие и в то же время сам бы им не являлся; во-вторых, этот критерий должен был соединить в себе всеобщность с непосредственной действительностью. Таким феноменом оказалась практика.

Помимо практики в научном познании существуют и другие критерии истины. Среди них выделяется логический критерий. Здесь имеется в виду его понимание как формально-логического критерия. Его сущность — в логической последовательности мысли, в ее строгом следовании законам и правилам формальной логики в условиях, когда нет возможности опираться на практику. Выявление логических противоречий в рассуждениях или в структуре концепции становится показателем ошибки или заблуждения.

Большое место в познании (особенно в общественных науках) занимает аксиологический критерий, т.е. обращение к общемировоззренческим, социально-политическим, нравственным и эстетическим принципам. Но наиболее важным критерием истины является все же практика, опыт. Вне опыта мышление оказывается лишенным ценностного измерения, а значит, и философского смысла. Именно поэтому практика лежит в основе логического и аксиологического, и всех других критериев истины. Какие бы способы установления истинности суждений и концепций ни существовали в науке — все они в конечном итоге (через ряд посредствующих звеньев) оказываются связанными с практикой. В этом отношении можно утверждать, что практика – главный критерий истины.

Практика неразрывно связана с познанием и выполняет по отношению к нему определенные гносеологические функции.

1) Одна из важнейших гносеологических функций практики состоит в том, что она выдвигает цели познанию, направляет его на решение назревших и наиболее актуальных задач.

2) Практика не только ставит цели, но помогает правильно определить объект исследования, понять, что в нем наиболее существенно и важно на данном этапе. Чем более развивается процесс практики, чем больше объектов вовлекается в орбиту познания, тем полнее и точнее определяется круг первоочередных познавательных задач.

1. Практика выступает и как источник всех фактических данных. Она непосредственно включается в познавательный процесс в форме наблюдения, предметного обследования, опроса, эксперимента.

Именно поэтому практика позволяет проверить и оценить результаты познания, и она выступает как критерий истины. Характеризуя практику как критерий истины, следует подчеркнуть, что сама практика исторически ограничена. Определителем того, какое знание является истинным, а какое ложным, практика выступает не в абсолютном, а в относительном смысле, в определенной форме, на определенном этапе своего развития. Случается, что на одном уровне она не в состоянии определить истину, а на другом, более высоком уровне, обретает такую способность по отношению к тому же комплексу знания. Таким образом, критерием истины является практика, взятая в процессе своего движения, развития.

Однако проблема отграничения истины от заблуждения в познавательном процессе остается, о чем недвусмысленно говорится в одном из фрагментов текста философии Древнего Китая: "Однажды Чжуан Чжоу приснилось, что он бабочка, счастливая бабочка, которая радуется, что достигла исполнения желаний, и которая не знает, что она Чжуан Чжоу. Внезапно он проснулся и тогда с испугом [увидел, что он] Чжуан Чжоу. Неизвестно, Чжуан Чжоу снилось, что он бабочка, или же бабочке снилось, что она Чжуан Чжоу. [А ведь между] Чжуан Чжоу и бабочкой, несомненно, существует различие. Это называется превращением вещей" (Древнекитайская философия. Собрание текстов: в 2х томах. - М., 1972. - Т.1. - С. 261).

Следует с необходимостью заметить, что познавательной деятельности человека постоянно сопутствует феномен творчества. Творчество — это процесс человеческой деятельности, создающий качественно новые материальные и духовные ценности. Философия изучает проблемы гносеологического и общеметодологического характера творческого процесса. К ним относятся: творчество и сущность человека, соотношение отражения и творчества, отчуждение и творческие способности, социокультурная детерминация творческой деятельности и др.

1. Этап накопления знаний, навыков, умений для четкого формулирования проблемы.
2. Этап “сосредоточения усилий”, который иногда приводит к решению проблемы, а иногда вызывает усталость и разочарование.
3. Уход от проблемы, переключение на другие занятия; этот этап называется периодом инкубации.
4. Озарение, или “инсайт”.
5. Верификация.

В научном творчестве можно условно выделить разные уровни — в зависимости от характера и соотношения продуктивных и репродуктивных элементов. В сугубо прагматических прикладных разработках выше удельный вес репродуктивных элементов (решение стандартных задач по готовому образцу); в фундаментальных исследованиях преобладают элементы продуктивные (рассмотрение проблемы с неопределенной областью поиска и неизвестной стратегией решения). Переход с одного уровня на другой совершается в результате нарушения достигнутого ранее равновесия продуктивного и репродуктивного, свойственного данной «мере» творчества. Если в исследовании интенсивно генерируются продуктивные познавательные движения, оно поднимается на высший уровень, на котором (при наличии соответствующих условий) совершается крупное научное открытие.

Проблема стимулирования творческого процесса становится одной из важнейших в наше время. В науке она рассматривается в двух основных аспектах: 1) развитие врожденных задатков, их раннего распознавания и дальнейшего воспитания исходного творческого потенциала и 2) оптимизация творческой деятельности специалистов. Попытки поставить научные открытия "на поток" сталкиваются с реальной практикой того, что научные открытия продолжают делаться стихийно, с помощью опыта, случайных удач. Как замечает Л.В.Яценко, "в самой сердцевине науки сохраняется донаучный способ духовного производства". Действительно, технология творческого процесса умирает, как правило, вместе с его носителем. Творческий процесс осуществляется в мозгу индивидуума и в силу этого он уникален. Однако современные способы активизации творческого процесса предусматривают методики не только личностной, но и коллективной стимуляции. Созданы, например, специальные методики, оптимизирующие коллективные способы решения с опорой на интуицию и с последующим критическим анализом и экспертизой выдвигаемых идей. Достаточно широко известна методика "мозгового штурма" А.Осборна и ее модификации, которые организуют целенаправленную работу группы, стремящейся найти новые идеи. Ряд авторов (Л.Л.Гурова, В.Н.Пушкин, О.К.Тихомиров и др.) отмечают, что среди различных форм регуляции творческого процесса наименее всего разработана так называемая эвристическая форма в ее соотношении с нормативной.

Эвристическое приемы до сих пор не удалось строго формализовать; для этого нужны не только более совершенные компьютеры, как отмечают многие авторы, но и глубокое знание механизмов, свойств и характеристик мышления.

Креативность зависит не только от общего количества и пропорций продуктивных и репродуктивных элементов, но и от качественной определенности, специфики продуктивного. В творческом процессе обязательно должны наличествовать продуктивные элементы трех групп, различающиеся по своему содержанию и функции в научном поиске.

Во-первых, возникновение оригинальных познавательных движений, нетривиальных подходов к анализу и синтезу собранного мыслительного материала, формирование уникальных способов исследования обеспечивают научному результату такой фундаментальный признак, как принципиальная (с позиций данного общества) новизна. Этот результат становится первым в ряду научных идей данного класса, «родоначальником» нового направления, исходным образцом. Его репродуцирование может осуществляться путем тиражирования самого продукта в форме научного сообщения (печатное издание работы) и посредством повторения познавательных действий, применения данного принципа к анализу других явлений. При этом чем ближе к исходной другая изучаемая область, тем больше в исследовании репродуктивного.

Во-вторых, важную роль в научном исследовании играют те продуктивные элементы, которые формируются в ходе поиска общего смысла и целей деятельности. В творческом процессе участвуют принятые ученым ценности и идеалы. Под их контролем происходит постоянный отбор познавательных действий, их корректировка, весь процесс вводится в определенное русло, а продукты его оцениваются с точки зрения их социальной значимости.

В-третьих, творческая деятельность, протекающая «по законам красоты», отвечающая требованиям эстетической целесообразности, приводит к появлению изящного математического уравнения, элегантных доказательств, стройной гармоничной теории, которые обладают эстетическим совершенством и потому просты и удобны в употреблении.

Таким образом, логика возникновения задачи, требующей творческого решения, может быть вполне осознаваемой, но иногда само обнаружение проблемы является подлинным открытием и зависит от одаренности самого исследователя. Характеризуя такую ситуацию, А. Шопенгауэр отмечал, что талант попадает в цель, в которую никто попасть не может; гений попадает в цель, которую никто не видит. Рассмотрение творчества показывает его глубоко индивидуальную природу, большое значение в нем профессионализма и таланта исследователя, его нравственных качеств, интуиции и случайностей; в то же время творчество не является таинственным явлением.