Невский проспект, Апраксин переулок… Улица Садовая?

Петербургские топонимы, вынесенные в заглавие заметки, объединяет не только их почтенный возраст и историческая ценность, но и форма названий, возникших и закрепившихся в виде согласованных определений. Именно поэтому реестр названий объектов городской среды Санкт-Петербурга устанавливает для них нормативную последовательность написания «основная часть — статусная часть» и требует склонять такие названия полностью, в отличие от названий, содержащих основную часть в форме родительного падежа.

Это требование основано на действующих ныне правилах русской орфографии и пунктуации 1956 года. В примерах написания различных названий, которые содержатся в параграфе 100 упомянутых правил, значатся: «Моховая улица, улица Горького, шоссе Энтузиастов, Комсомольская площадь, площадь Восстания».

Так что, конечно, нужно писать «Садовая улица», а написание в заголовке не зря дано с вопросительным знаком. Вопрос заключается в следующем: почему многие люди в быту пишут слово «улица» перед основной частью названия в форме прилагательного, но при этом никогда не напишут «проспект Невский»?

Иллюстрацией этому наблюдению могут служить многочисленные рекламные объявления, которые содержат адреса нескольких торговых точек. Увы, меньшинство рекламодателей будет аккуратно расставлять статусные части адреса на правильные места. Несколько чаще можно увидеть неграмотную, но не лишенную определенной логики унификацию написания по единому принципу: улица Ленина, проспект Дачный, переулок Волынскийили Савушкина улица, Торфяная дорога, Гаккелевская улица. Но абсолютное большинство, даже правильно написав Ленинский проспект или проспект Стачек, добавит к ним улица Варшавская, а не Варшавская улица. Почему так происходит?

Если говорить о географических названиях, а не об «уличных» топонимах, подобная однозначность в правилах отсутствует, а действует скорее традиция: правильным будет и написание Васильевский остров (в Петербурге), Уральские горы, и гора Народная (на Урале), остров Русский (в заливе Петра Великого), остров Белый (в устье Большой Невы).

В Петербурге и окрестностях можно найти несколько Черных речек, но также имеется (и не одна!) река Черная! Есть, впрочем, одна тонкость: названия географических объектов гораздо более обособлены от «видовых» слов, чем «имена собственные» городских проездов. На больших картах опускаются слова «город, село, деревня, река» и т. п., но невозможно представить себе официальную карту города любого масштаба с надписями «Литейный, Мучной, Воскресенская».

Дело в том, что статусная часть городского топонима на самом деле не играет роль «видового» слова, а является «неявной» частью названия! Если мы посмотрим на топографический план, то с легкостью отличим гору от реки, даже если их названия не подписаны. Но глядя на «пустую» карту города, никогда нельзя с уверенностью сказать, где на ней точно «проявится» улица, где проспект, а где переулок! Поэтому опустить статусные части названий в городской картографии не получится, хотя они частенько опускаются в разговорной речи.

Де-факто улица, переулок, проспект и другие подобные статусные части совсем необязательно отражают истинный статус проезда. Есть у нас и «бульвары» без единого деревца, и безводные «каналы», а скоро на западе Васильевского острова оформится и первая сухопутная «набережная».

Оказывается, в русском языке отсутствует отдельное слово для того, что на канцелярско-юридическом жаргоне называется «объект улично-дорожной сети». Иногда такие объекты обобщаются словом «проезд», но еще чаще для той же цели используется как раз «улица». В стандартном адресном штампе паспорта вы обязательно увидите сокращение «ул.», хотя бы за ним и следовал конкретный «проспект Славы»! Учитывая прямо-таки сакральную роль паспорта для нескольких поколений наших людей, можно предположить, что стремление ставить слово «улица» в любом случае впереди названия происходит во многом от созерцания странички с «пропиской».

А вот набережные, бульвары, шоссе и т. д. от такого подхода в целом свободны, хотя могучая сила канцелярита толкает граждан и на создание конструкций типа улица 1-й проезд, улица Малая Каштановая аллея или даже улица Леншоссе. В последнем случае проявилась еще и любовь к чудовищным сокращениям, также свойственная канцелярскому языку. Но даже люди, неподвластные «паспортной магии», инстинктивно ставят «улицу» перед «Садовой» по примеру «видового» слова в названии географического объекта.

Возможно, закрепление такой практики во второй половине XX века во многом схоже со стихийным распространением отказа от склонения русских названий на -ово, -ево, -ино и -ыно. Считается, что эта традиция зародилась в годы Великой Отечественной войны под влиянием информационных сводок, в которых населенные пункты среднего рода не склонялись во избежание путаницы.

Люди старшего поколения еще писали: «мы под Колпином скопом стоим», а те, кто вырос на военных сводках, закрепили в быту традицию несклонения. За несколько десятилетий она распространилась настолько широко, что уже и официально признается допустимой (но не в строгой литературной речи), ну а некоторых принципиальных журналистов, склоняющих то же Колпино по старинке (и в строгом соответствии с правилами!), в Интернете частенько клеймят как безграмотных…

И совершенно аналогичные битвы гремят на электронных просторах, когда что-то случается на Замшиной улице. Ее название принадлежит к немногочисленным сохранившимся в Петербурге именам улиц в форме краткого прилагательного, совпадающей с формой существительного. В современном городе они практически растворились в огромной массе «уличных» топонимов, названных «в честь», и догадаться, что такие названия вообще-то склоняются, можно только по порядку написания: в названии «улица Ленина» склоняется только «улица», а название «Замшина улица» склоняется целиком.

Но именно против такого порядка написания восстают наши сограждане, привыкшие видеть слово «улица» впереди названия. А ни в чем не повинные журналисты, сообщающие о происшествии на Замшиной улице, а не на улице Замшина, педантично руководствуясь требованиями реестра городских названий, выслушивают обвинения в неграмотности. Что характерно, склонение того же Апраксина переулка или Уткина проспекта воспринимается как должное, хотя грамматическая форма названий Уткин проспект и Замшина улица совершенно одинаковы!

Безусловно, живой язык не стоит на месте, он развивается и меняется. Однако специалисты вовсе не склонны безусловно принимать даже самые распространенные отступления от зафиксированных норм. Многие миллионы наших сограждан говорят: «ты мне позвОнишь», стала повальным явлением и путаница на письме между -тся и -ться в глаголах. Но «популярность» той или иной ошибки не дает ей безусловного права претендовать на то, чтобы стать признанной нормой. Думается, что применительно к проблеме написания городских названий не следует приветствовать повальное засорение речи канцеляризмами.

Практический вывод из всего этого состоит в следующем. Чтобы граждане могли правильно употреблять названия городских объектов, нужно прежде всего соблюдать корректный порядок их написания во всех официальных источниках информации, и в первую очередь — в городских средствах ориентирования: на адресных знаках, названиях остановок, дорожных и туристических указателях, в картографической продукции. Такой порядок, напомним, установлен в реестре названий объектов городской среды Санкт-Петербурга.