Важные вещи Валерии Моргуновой

— В Жирекене . Это был молодой посёлок с градообразующим предприятием — комбинатом в центре . Несколько пятиэтажек , а вокруг лес . Мои родители попали туда по распределению . Мама из Московского университета , папа — забайкалец . Тогда в посёлке собрался круг достаточно интеллигентных людей из разных городов . Мы занимались в танцевальном кружке , в музыкальной школе , в художественном кружке . Преподаватели все были хорошие . Больше всего я благодарна моей первой преподавательнице Валентине Ивановне Коноваленковой , она окончила Хабаровский университет . То есть общий уровень культуры был очень хорошим , даже по сравнению с Читой . Сейчас , конечно , ничего этого нет , посёлок закрылся , а нам пришлось оттуда уехать . Уже в Чите я доучивалась в школе и поступила в центральную художественную школу.

— И какое в итоге получили образование?

— Базовое образование учителя изобразительного искусства я получила в Забайкальском педагогическом университете . Во время обучения я стажировалась в Хулунбуирском университете , где получила специализацию « Гохуа» . И уже во время работы в университете я прошла в Иркутске курсы повышения квалификации по специальности « Дизайн среды».

— Что такое Гохуа?

— Это традиционное китайское искусство , сочетающее текст и живопись . Тушью и кисточкой на основе иероглифа рождается изображение , но в итоге люди видят именно картинку , а не иероглиф . В Чите это направление совсем не развито.

— Почему ваши картины чаще всего о неодушевлённых предметах? Что вы в них находите?

— Мне очень нравится писать старые предметы , вещи с историей . Сегодня их становится всё меньше и меньше , мы живём в мире одноразовых , неэкологичных вещей . В них нет того , что есть в старых вещах , какой-то истории , культуры . Дизайн раньше был более продуманным , материал более приятным . Всё это можно прочувствовать . Интересно и то , как всё это можно скомпоновать в картине . С людьми сложнее , но дело не в этом . Просто я не считаю , что если ты изображаешь неодушевлённый предмет , смысл твоей картины становится менее важным.

— По моему личному наблюдению , не знаю , согласованно это или случайно , но этой темой занимаетесь не только вы . Числов исследует обугленное дерево , нагромождение арматуры , старые моторы , Титов рисует помятые вёдра , старые колёса и чемоданы . Почему молодые забайкальские художники выбирают эту тему?

— Законодателем моды ещё во времена студенчества был , конечно , Александр Числов , которого я считаю гениальным художником . Мы между собой общаемся , и видимо поэтому тема была подхвачена нами . Если говорить о более молодом поколении в Чите , оно увлекается поп-артом.

— В музыке и литературе существует достаточно чёткая граница между искусством и ширпотребом , попсой . Есть ли такие границы в живописи?

— Мне кажется , не ширпотреб — это всё , что важно . Сейчас много говорят о том , что в искусстве важна новизна . Что новое — то и искусство . Я всё-таки считаю , что важное — то искусство.

— Есть ли в современной живописи « голые короли» , популярные , но , на ваш взгляд , малозначимые?

— Конечно есть . Я постесняюсь сказать , кто . Но про него все так думают , по-моему . Те , кто хоть немного знакомы с живописью , поймут , о ком я . А вообще я мало интересуюсь западными художниками . Они , в основном , занимаются какими-то инсталляциями , социальными действиями . Меня больше интересует возможности показать что-то значимое на плоскости . Социальные акции , которые на западе считаются искусством , мне неинтересны.

— Считаете ли вы , что техника живописи в классическом проявлении переживает упадок?

— Скорее всего , качественная академическая живопись сейчас просто не востребована . И я не думаю , что её мало из-за того , что художники разучились писать . Но больших , знаменитых мастеров этого жанра действительно уже нет.

— А кого из художников вы бы назвали в числе наиболее важных для вас?

— В Забайкалье мне нравится , как развивается Титов . Не знаю , к чему он в итоге придёт , но как художника я его уважаю . Я уже говорила про Числова . Из старшего поколения забайкальских живописцев — Александр Николаевич Тараненко , Сергей Михайлович Павлуцкий , Нима Пурбуевич Пурбуев . Если брать ещё шире , то мне близок по духу Джорджио Моранди , нравятся классики Левитан и Коровин.

— Есть у вас , как у художника , мечта?

— Есть одна , очень важная и большая . Всем молодым художникам в Чите очень нужны мастерские . Может быть , это интервью прочитают городские или краевые власти . Такие художники , как Доржанова и Числов вынуждены работать дома , потому что больше негде . Как правило , большинство художников живёт в однокомнатных или двухкомнатных квартирах с семьями . Поэтому — главное , чтобы появились мастерские , хотя бы для членов Союза художников.

— Где в ближайшем будущем можно будет увидеть ваши картины?

— На выставке « Мост через реальность» . Пока я не могу сказать , что именно буду выставлять там , но хочу подойти более концептуально , чем на первых двух выставках . До этого я представляла картины , в которых был поиск . Теперь хочу показать что-то более продуманное.

— А что такое вообще « Мост через реальность»?

— Это молодой художественный арт-проект , организованный Андреем Максимовым , которому я очень благодарна , потому что это первый такой проект о современной живописи в Чите . До этого , насколько я знаю , музей не пропускал такие сборные выставки . Это проект дал большой толчок , в том числе , и для развития моего творчества . И не только для моего . Я в картинной галерее веду изостудию для взрослых « Этюд» . В ней занимаются очень талантливые люди , некоторых даже язык не повернётся назвать непрофессионалами . И я их настраиваю , чтобы в сентябре они поучаствовали в третьем « Мосте через реальность » наравне со зрелыми художниками . Мне кажется , что это проект может пропустить таких художников и дать им будущее в творчестве.