Арсений Эпельбаум: "Если ты дурак, значит, всё хорошо"

≈ У нас слово «смешно» обозначает «хорошо». Даже если это что-то совсем несмешное, но происходит хорошо, например, один выстрелил и другого убил. У нас в семье юмор дошёл до того, что смешно нам практически всё. Особенно смешно, когда продавщица показывает что-то серьёзное ≈ лопатку для переворачивания, а ты говоришь: «Да, ничего, смешно», и она так смотрит на тебя: «Что тут смешного?!»

≈ Насколько ты серьёзно относишься к жизни?

≈ Ещё в детстве я придумал, что учёные-эпельбаумоведы, пытаясь охарактеризовать мою самую яркую черту, подобрали для неё слово «серьёз». От него пошло слово «серьёзно». Серьёзнее, чем я, быть нельзя.

≈ Могут ли серьёз/серьёзность и смешное переходить друг в друга?

≈ Думаю, как это ни смешно, это одно и то же. Вначале я могу сказать: «Это очень смешно» и тут же: «Это очень серьёзно».

≈ Получается «казнить нельзя помиловать».

≈ Ну да. У них очевидные перетекания друг в друга. В единобожеских религиях кто-то один это всё контролирует, значит, это одно и то же. Мы сейчас сидим в зале, а я здесь с раннего детства. Тут я начал думать и запоминать. У меня ощущение, что я как попал сюда, так и не меняюсь. Поэтому я хорошо представляю, что умер. Моя девушка Оля иногда говорит: «Ой, я тут подумала: боюсь умирать, что там дальше. » У моих родителей настолько большое чувство юмора, что они надо всем, и над этим в том числе, шутили. Из сильных смертей в моей жизни была пока только смерть дедушки. Он всегда был такой весёлый, даже умер смешно: поехал в свой день рождения на дачу и решил нас там подождать. Он туда приехал и умер. Как потом сказали врачи, в одну секунду. Хотелось сказать: «Обязательно было уезжать за семьдесят километров, нельзя это было сделать, как принято. »

≈ А для тебя в жизни есть что-то серьёзное?

≈ Нет, всё смешно ≈ беда такая. Мне даже говорили: «Что ты смеёшься? Как можно. » Когда ты не занят чем-то конкретным и интересным, ты обязан веселиться. Когда мы с Олей заходим в магазин, я начинаю веселиться, мерить одежду, все кругом смотрят. Оля говорит: «Что ты меня позоришь?» Зато мне весело.

≈ А во время работы не надо веселиться?

≈ Надо. Но если в момент делания, который подразумевает результат, ты веселишься больше, чем реально делаешь, уходит эффект. У родителей есть спектакль «Метаморфозы»: папа рисует картинки под музыку, называются они очень условно «графические анекдоты». Вначале профиль человека, потом волосы в одну линию, их становится так много, он их обводит, они превращаются в рыбку: чешуя, плавники, хвостик, а корова, которая была у неё на голове, превращается в верхний плавник. Эта картинка вызывает внутреннюю улыбку и ощущение, что это намного смешнее, чем многое в жизни. Тут смешное стыкуется с серьёзным. Когда постоянно улыбаешься, приятно жить и что-то делать, а особенно когда уже сделал. Из курса истории мне понравился один человек, он, по-моему, был из школы циников. Когда он в старости сломал ногу, то решил умереть, чтобы не приносить окружающим проблемы ≈ он задержал дыхание и умер. Меня это сильно насмешило. Только в такой чистой культуре, без всяких наслоений, когда только из леса вышел, стал человеком, можно ставить такие эксперименты.

≈ Значит, для тебя нет ничего запретного, над чем нельзя смеяться?

≈ Нет. Есть запретное, к чему нельзя серьёзно относиться, ≈ к тому, к чему все остальные серьёзно относятся.

≈ А вокруг тебя много весёлых людей?

≈ Да, довольно много. Я ещё маленький был, когда родители театр делали, они тогда много разговаривали, шутили, а сейчас больше молча улыбаются. Папа веселится сам по себе, ему для этого никто не нужен, кроме мамы. А я веселюсь, и когда никого нет, а когда все появляются, мне всё равно весело. Если, когда делаешь, не смеёшься, перестань делать. Это основной критерий. Ведь смех ≈ прямое выражение любви.

≈ Кстати, как в вашей семье относятся к первому апреля? Те, у кого вообще нет чувства юмора, в этот день начинают натужно шутить.

≈ Никак не относимся, у нас все время праздники. У меня даже мысль появилась, в принципе она не нова. На многих радиостанциях говорят: «А сегодня┘» ≈ и начинают перечислять праздники, которые отмечают в этот день по всему миру. Везде что-то празднуют. Непонятно, зачем ты родился на такой большой планете, если её не используешь. Я всегда мечтал делать праздники ≈ большие гуляния в парках, спектакль на один раз, карнавал, балаган и на следующий день праздник по другому поводу.

≈ Все по сценарию?

≈ Да, придумываешь, неделю готовишься. Если у тебя огромная база, остаётся только придумать, дальше всё само делается. Я когда-то делал такое, только в меньших масштабах. Целый год устраивал праздники со своими друзьями, их было человек сорок. У меня был очень удачный курс в институте. Заранее придумывал, что им надо делать, Оля участвовала. Это было самое весёлое, что я делал. С детства родители устраивали нам большие театральные праздники на дни рождения, Новый год. Вначале нам показывали спектакль, потом мы с классом, в котором я учился, играли спектакль ≈ целый день праздник, неделю к нему готовились. Потом я сам захотел делать подобное. Во-первых, самому весело, а во-вторых, это можно превратить в финансово-выгодный проект. Когда я рассказал об этом троюродным братьям, которые живут в Америке, они сказали, что там это не получится: в той культуре весело другое. А у нас нельзя себе представить такой сентиментальный праздник, как День благодарения.

≈ А как охарактеризовать еврейский юмор?

≈ Он очень интеллектуальный и совсем не смешной. Христос был интеллектуальным евреем и, как видно, очень весёлым, он то и дело прикалывался, все эти чудеса. Еврейский юмор не смешон никому и никогда, особенно евреям. Еврейские анекдоты делятся на две категории: притчи и анекдоты, посвященные высмеиванию того, какие евреи умные. Еврейский юмор ≈ это ирония.

≈ По-твоему, шутки можно перевести с одного языка на другой, из одной культуры в другую?

≈ Очень сложно. Обычно хорошие переводчики берут шутку из своей культуры. Вот переводы Кэрролла. «Снарк» начинается так: давайте всех назовем на букву «Б». В самом хорошем переводе появляется Отставной козы Барабанщик.

≈ В переводе Григория Кружкова.

≈ Да, Кружкова. Связь этих слов ≈ Отставной козы Барабанщик ≈ очевидна только в русском, собрать их в другом языке невозможно. В каждом сообществе люди придумали свои способы облечь смех в вербальную форму, поймать его. Это имеет отношение к софистике, а не к смеху. Знаешь, были в Древней Греции философы и софисты. Софисты просто болтали, а философы занимались делом. Вот смех, он делом занимается.

≈ Можно, по-твоему, придумать новую шутку или всё уже придумано, а новое просто будет по старым лекалам?

≈ Можно придумать новую шутку, а новый тип шуток появится только с новой культурой. В русской, да и в европейской культуре самое смешное ≈ это голая задница. Думаю, передо мной это сказал Трахтенберг. Смешно, когда сам себя называешь дураком. В Японии назвать себя дураком нельзя, считается, что так ты себя и весь свой род оскорбляешь. Другого назвать могут, но это тоже большое оскорбление. А в Африке, где все ходят голые, голая попа не смешна.

≈ На данный момент какая у тебя любимая шутка?

≈ Очень люблю сказки про Насреддина, это мой любимый исторический персонаж, а до этого Дон Жуан. Насреддин славен тем, что все время смеялся. Как мой дедушка. Например, он перевернул свою надгробную доску вниз головой и написал: «Если ты, проходя мимо моей могилы, засмеялся, что доска у меня вниз головой, значит, я сделал все правильно». Главное, он сам перевернул доску, он же никому это не завещал. А сегодня утром я вспомнил другую историю. Мы сейчас собираемся в поездку, пакуем вещи и не можем с Олей друг друга догнать. Однажды Насреддин шел с ослом, и осел остановился, он никак не мог его сдвинуть с места. Тогда он намазал ему попу скипидаром, и осел побежал. Насреддин побежал за ним, но не мог догнать, тогда он и себя намазал скипидаром, и побежал также быстро, как осел. Когда они наконец добежали до дома, то не могли остановиться. Тут выбежала жена Насреддина: «Вы куда?» Насреддин, пробегая, успел только крикнуть: «Я все расскажу тебе, если намажешь себе попу скипидаром».

В школе и институте я ходил на занятия ко всем, но слушал только тех, кто смешно рассказывает. Однажды Константин Райкин рассказал нам такую историю. Он договорился со Стуруа о том, что тот поставит в «Сатириконе» спектакль с ним в главной роли. Стуруа всё откладывал, наконец они договорились, что 20 сентября начинают работать. Стуруа уехал ставить спектакль в Австралию, а Райкину позвонили из авиакомпании: «Вы так много у нас летаете, что мы награждаем вас бесплатной поездкой, куда захотите». Райкин заказал билет в Австралию, лететь туда около шестнадцати часов. Он приехал в театр, где Стуруа ставил спектакль, подошёл к нему, постучал по плечу: «Робик, ты будешь у меня спектакль ставить?» Тот обернулся: «Котя, а как ты┘ ты как. » «Нет, ты ответь». ≈ «Конечно. А как ты тут?» ≈ «Я просто хотел спросить, не забыл ли ты┘ Всё, пока» ≈ и убежал. У него времени хватило только на это. И шестнадцать часов летел обратно. Это достойный подвиг. Мне близок такой юмор: тратишь много усилий на маленькую штучку, и в результате акт этой шутки приобретает глобальные масштабы.

≈ Любишь ли ты подшучивать над другими? Другие шутят над тобой?

≈ Я шучу над другими всё время и бываю бит за это. У меня есть два друга, с ними мы учились в институте, Сережа Мелконян, другой Абасян. Как-то они репетировали, а я решил над ними пошутить: открою дверь и громко крикну будто не им, а куда-то: «Бей хачей!» Но поскольку «Бей жидов!» укоренилось в сознании, у меня автоматически получилось «Бей жидов!». Они через секунду поняли, что я хотел сказать, и побили меня, мы потом долго смеялись. И надо мной шутят всё время. У нас в семье принято не просто шутить┘ Когда Оля к нам переехала, она не понимала, как реагировать на наши шутки. Для нас нормально посреди улицы крикнуть маме: «Привет, свиноматка», потому что в семье меня называют Свин, я всех называю Хрюшками. У нас такой стиль общения. Пока я иду к папе, что-нибудь увижу в коридоре, начинаю ему про это говорить и так мы полчаса трындим. Потом все говорят: «Надо работать, потом поговорим». И так всё время. Когда за стол садимся, начинаем говорить, особенно папа, о том, о чём за столом не говорят. Мы это делаем только потому, что это ужасно смешно. У нас в семье ругательные слова и особенно «дурак» ≈ самые ласковые, большой комплимент. Я и своим актерам говорю, когда они делают что-то хорошо: «Дураки, идиоты». Мы и должны быть дураками, если ты дурак, значит, всё хорошо.